Жаркое июля дыханье чувствовалось даже в самом сердце Пури. На улицах города жара превращала камни и деревянные конструкции в кипяток, а плющ на домах напротив создавал тень, за которой скрывались частично исчезшие фасады зданий. Виноградные лозы растиражировали свой узелчатый мазохизм по каменному каркасу здания, словно желая оставить последнее следа на этом месте, где уже давно не было ни души....
Камень сам нашу девочку выбрал. К тому же видение мне было, что Абели алхимика найдет. А про тебя, внучек, ничего мне высшие силы не сказали.
– А вы еще раз их спросите, – озорно подмигнул Этьен. – Может, не расслышали?
– Шутник, – хмыкнула старуха. – Помогать хочешь, помогай. Девочке нашей с двумя такими молодцами сподручней будет.
Этьен ревниво всмотрелся в Огюстена, подумал и согласился:
– Допустим. А что за второе «но»?
– Оно большое. При дворе манеры нужны и титул. У тебя ни того, ни другого. А Абели – девушка благовоспитанная…
– Особенно когда бранится, как возница, – прыснул Этьен, вспомнив о случае в подвале.
– Я же не всегда! Только с тобой… – вырвалось у меня. Я готова была провалиться под стол.
Этьен расхохотался заливисто:
– Только со мной? Какая честь…
– Я и по-другому умею, – насупилась я.
– Ну да, ну да, – кивнул он. – Будьте любезны, свинорылая морда, подвиньтесь. Так, да?
– Хиханьки-хаханьки на потом оставим.
– Мадам права, – встрял Огюстен, и мне показалось, что Этьен хотел бы растворить его взглядом.
Старушка продолжила:
– Безбедное будущее Абели обеспечит парижская тетка. Это я точно знаю. Совесть гложет старую грешницу Шарлотту де Клермон, потому как никто столько не визжал о чистоте кровей, не строил козней, чтоб отец от Абели отказался и в монастырь подальше отправил.
– Даже так? – изогнул бровь Этьен. – Не вы ли ей эти сны посылаете?
Мадам Тэйра рассмеялась и тут же закашлялась, с хрипом ответила:
– Ох, сама не догадалась.
Этьен скорчил гримасу, а затем внезапно снова стал серьезным:
– Тетка теткой, а насчет всяких алхимиков я против. Не позволю Абели рисковать."
"Я зарделась от удовольствия. Ну ее, вредную тетку с ее наследством. Тьфу на них всех, с их титулами и экивоками. Сейчас мне ужасно хотелось сидеть где-нибудь в тихом домике у окошка, вышивать салфетку и ждать, когда Этьен вернется домой.
