Жаркое июля дыханье чувствовалось даже в самом сердце Пури. На улицах города жара превращала камни и деревянные конструкции в кипяток, а плющ на домах напротив создавал тень, за которой скрывались частично исчезшие фасады зданий. Виноградные лозы растиражировали свой узелчатый мазохизм по каменному каркасу здания, словно желая оставить последнее следа на этом месте, где уже давно не было ни души....
"
"– Если не хочешь, чтобы рядом с тобой кто-то стоял… – причмокивала старушка, – ну, знаешь, на площади или на рынке, чтоб в бока не толкались, представь, как оболочка твоя растет вширь. Народ сторониться будет, сам не зная почему.
– Не шутите ли? – усомнилась я.
И вдруг почувствовала сильное желание вжаться в стенку кареты или того лучше, выпрыгнуть из нее – жутко тесно стало.
– Ну как? – подмигнула прабабушка.
Сощурившись, я разглядела, что ее оболочка, словно мыльный пузырь, раздулась до невероятности.
– Уф, – фыркнула я и сама принялась расширяться, с силой толкая стенки мыльного пузыря родственницы так, что они вылезли из окон кареты, будто каша из горшка.
– Хо-хо, – смешно сложила губы трубочкой старушка. – Вот и не подеремся.
Я рассмеялась, и мы одновременно вернули собственным прозрачным оболочкам обычные размеры.
– Молодец, быстро учишься, – удовлетворенно кивнула мадам Тэйра. – А если тебе надо незаметно мимо кого-то проскочить, представь, что оболочка твоя маленькой становится, как у гномика.
И я попробовала. Боже, как это было забавно! Вроде бы я и сидела как ни в чем не бывало на скамье, но с другой стороны, я вместе с оболочкой принялась уменьшаться с огромной скоростью: вот я уже ростом со старушку, вот дышу ей в пуп, а вот смотрю с пола наверх и вижу стоптанные подошвы ее внезапно громадных башмаков.
– Тити, не собирается ли дождь? – выглянула в окошко мадам.
– Нет, ясно на небе, – ответил Этьен и мельком глянул на нее, затем оторопело присмотрелся: – А куда Абели делась?!
Хохоча безудержно, я в одно мгновение вернулась в обычные размеры и перегнулась наружу, ветерок приятно защекотал мне лицо.
– Да тут же я! Ты уверен, Этьен, что твоя слепота полностью прошла?
– Гм, дамы, колдовать изволите? – догадался он.
– Я просто спряталась, правда весело? – невинно пояснила я, скосив расширенные глаза в сторону возницы и приложив палец к губам.
Этьен, проказник, показал мне язык, а едва я вспыхнула и раскрыла рот, чтобы сказать, как это неприлично, послал воздушный поцелуй. Ах, разбойник, дразнится! Ну, попадись наедине, я уж тебе покажу!
Однако при этом вид я сделала самый смущенный и поспешила вернуться на свое место в карете.
– Бёф, как ни берегла я тебя… – покачала головой старушка, – ан все равно ты в него вляпалась. По самые уши.
