Жаркое июля дыханье чувствовалось даже в самом сердце Пури. На улицах города жара превращала камни и деревянные конструкции в кипяток, а плющ на домах напротив создавал тень, за которой скрывались частично исчезшие фасады зданий. Виноградные лозы растиражировали свой узелчатый мазохизм по каменному каркасу здания, словно желая оставить последнее следа на этом месте, где уже давно не было ни души....
– Скажите, графиня была добра с вами, юная прелестница?
– Весьма, – с ненавидящей улыбкой произнесла я, ощущая, как в животе разгорается алое пламя.
– Я хочу, чтобы вы также добры были со мной. По окончании танца вы разделите приватный ужин с вашим повелителем, – безапелляционно сообщил он. – Надеюсь, он затянется до утра.
Король поднял руку, и я оказалась в нескольких сантиметрах от его смрадного тела. Запах стал совершенно невыносимым. Я не выдержала и отстранилась, закашливаясь и прикрывая платком лицо.
– В чем дело, мадемуазель? – сердито спросил тиран.
– Ничего, простите, Ваше Величество, – пыталась отдышаться я.
Глаза в прорезях маски недовольно сощурились, и король начал повторять па, бесцеремонно выдернув мою руку так, что я грудью столкнулась с его торсом. Волна брезгливости поднялась к горлу, и, кривясь, я отскочила от него, как от прокаженного.
– Ах, ты ж мерзавка! – король хлопнул один раз. Музыка прервалась. Танцующие застыли на своих местах. – Графиня де Веруа! – прорычал он.
И я больше не смогла себя контролировать. Выпрямилась и сжала кулаки. Багровый огонь, разгоревшийся в животе, поднялся по позвоночнику с диким жаром и вырвался прямо меж моих бровей. Он, будто раскаленное докрасна копье, с силой влетел в лоб королю. Тот пошатнулся и с криком упал навзничь. Все зашумели, заахали и кинулись к нему.
«Ой, как это получилось?! Сейчас повяжут, а потом сожгут, как ведьму», – подумала я, почуяв их суеверный страх и праведное возмущение.
Я сосредоточилась и в мгновение ока в воображении вся превратилась в фонтан, извергающий лаву. Огненная, палящая, густая ярость взлетала под самый потолок и обрушивалась на головы людей в зале.
