В штабе Руссиянова собрались ключевые лица: я и мой заместитель Гладченко. Мы уже выезжаем на встречу с Аверьяновым, когда тот уже спешит узнать у нас что-то новое о группе Гудериана. Вопреки всем подозрениям, я был практически уверен в том, что это касается плана наступления силы Гудериана к Минску с юга....
Ближе к полудню мы приблизились к дороге, по которой в сторону Минска плотным потоком перли немцы. Сейчас, когда у нас появились трофейные бронетранспортеры, мы могли бы сойти за немецкую колонну, но с очень большой натяжкой, а потому рисковать что-то не очень хотелось. Будем ждать, когда появится нужная нам колонна нашего врага. Хотя мы и имели подавляющее превосходство в технике, но все же сил противника было слишком много что бы кидаться на все что движется. Если выпадет возможность безнаказанно пощипать фрицев, то грех от нее отказываться, но нам сейчас нужен именно артполк — он наша приоритетная цель.
И мы дождались, как в народе говорят: не всегда сила там, где умение, бывает и там где терпение. За то время, что мы просидели в импровизированной засаде, бойцы немного отдохнули и кое кто даже перекусил трофейным сухпаем.
Уже около девяти вечера появилась долгожданная колонна, полугусеничные тягачи тянули пушки, судя по всему легкие и тяжелые гаубицы общим числом 36 единиц. Забавно выглядели бронированные машины со смешанным колесно-гусеничнным ходом, но больше всего меня в этой артиллерийской колонне привлекло другое. Можете над мной смеяться, но это были машины с полевыми кухнями.
— —Орлы! Слушай боевую задачу, сейчас мы знатно ощиплем наглых оккупантов, НО! Не дай бог вам повредить или уничтожить полевые кухни, тех вредителей, кто это сделает, я лично расстреляю перед строем, как врагов народа, за подрыв боевой мощи нашего отряда.
