Автор
В свете ламп и зажженных свечей, Юля сияет центре комнаты — платье белое, глаза яркие, как будто приглашает к танцу. Мир вокруг погружается в молчание, а ты стоишь у входа, дрожа от ожидания. Это Запрещенные слова, где каждый шаг должен быть обдуманным, каждая фраза — нежданно-негаданной....
И на этот раз Дубровский все-таки отрывается от своего занятия. Поднимает взгляд на меня. Я смаргиваю первую гипнотическую реакцию, потому что глаза у него такие светло-серые, что кажутся прозрачными. И все это — в бахроме длинных густых, заметно темнее его цвета волос, ресниц.
Мы мгновение смотрим друг на друга.
— У вас телефон звонит, — говорит он.
Капитан Очевидность, блин. Но хотя бы рот открыл — уже прогресс.
Ловлю себя на мысли, что прямо сейчас не смогла бы со стопроцентной уверенностью сказать, зацепил ли меня он сам или его безразличие.
"— Не хотите ответить? — Дубровский выразительно заламывает бровь практически одновременно с дергающимся вверх правым уголком рта. А я почему-то прилипаю взглядом к колечку в его нижней губе. Ловлю себя на мысли, что чисто из спортивного интереса охота попробовать как оно — целоваться с парнем с пирсингом в губе? И дальше уже совсем отбитое — а есть ли у него пирсинг под одеждой?
Но вой «генерального», к счастью, отрезвляет.
— Это работа, — отвечаю на вопрос Дубровского.
— Злоебучий кто-то? — явно намекает на рингтон.
— Чрезмерно, — вздыхаю
И, поняв, что Резника игнором в обеденный перерыв не успокоить, прикладываю телефон к уху. Так и хочется первым делом сказать: «Владимир Эдуардович, как же вы мне… дороги!», но в рамках этики делового общения просто здороваюсь.
— Франковская, вы в курсе, что Колесник увольняется?
Конечно, я в курсе, когда увольняется один из лучших менеджеров в отделе продаж, у которого два крупных клиента. А еще в курсе, что этот «нехороший человек» объявил о своем решении буквально вчера, сказав, что уже в понедельник не выходит на работу, потому что у его жены грандиозное перспективное повышение и они всей семьей отчаливают из страны на другой континент.
— Он, фактически, работает еще два дня и в понедельник уже не выходит, — говорю спокойно, хотя тон Резника явно напрашивается.
— Когда вы начнете искать замену?
— Я уже, Резник. У меня два кандидата: Ткаченко или Лазарев. Оба готовы к повышению, Ткаченко в компании дольше, но Лазарев амбициознее. Он сможет легко перехватить клиентов Колесника. Собеседование с обоими проведу завтра. По результату к концу дня у нас будет новый «продажник».
Потрошитель аж запинается.
