Автор
Оля ощущает себя невольницей в своем собственном сознании, завязанными глазами и слухом. Глубокий шепот на ухо доводит до отчаяния и агонии. Кожа на веках задыхается под тугим шарфом, скапливая слезы, которые не могут пролиться.
Думаю, в собственном доме у нее есть личная ванная.
Я, может, и непротив отсидеться здесь, но родители меня потеряют.
Вздохнув, я выхожу из комнаты и натыкаюсь взглядом на отчима, который выходит из другой двери в конце коридора. Он беседует с кем-то.
Может даже, и с Ахметовым. Я его только на афишах видела, а там люди сами на себя не похожи от обилия фотошопа.
Отчим явно в хорошем расположении духа, надо хотя бы напроситься на разговор, пока он в настроении.
Я устремляюсь к нему. Его собеседник, заметив меня, что-то говорит негромко, машет рукой в сторону лестницы и оставляет нас наедине.
– Ты что-то хотела? – спрашивает отчим.
– Да, – мнусь я. – Поговорить, по поводу моей учебы.
Тень набегает на его лицо, отчим явно считает, что говорить тут не о чем.
– Мы уже это обсуждали. И здесь неподходящее место для семейных переговоров.
– Мы можем вернуться к этому дома? – настаиваю я.
Он вглядывается мне в лицо внимательнее.
– Что-то случилось?
– Ничего нового.
– А чего такая убитая?
Надо же заметил.
Молчу.
– Ладно. Дома все, – сдается отчим. – А пока жду, что ты присоединишься к нам внизу. И будь душкой. Не только другу своему внимание уделяй. Нам надо очаровать потенциального партнера.
Неловко похлопав меня по плечу, он спускается по лестнице, а я, зажмурившись, прислоняюсь к стене, перебирая в голове все доводы, которые могут повлиять на решение отчима.
Блин, и правда надо идти вниз. Я же обещала.
Открываю глаза и встречаю разъяренный взгляд Кира, стоящего в дверях той самой комнаты, откуда вышел отчим.
И в глазах его остывала злость превращаясь в лед презрения.
Глава 45. Кир
– Не-а, не затащишь, – зевает в трубку Рамзес.
Он вообще ночами спит? Все время сонный. Что у них там дома происходит?
– И какого хрена мне там одному болтаться? – мрачно спрашиваю этого типа друга.
– Так ты не один, – поъебывает меня он.
– Ха. Ха. Ха. Я уже жалею, что подписался на эту херню, – я с тоской пялюсь на двери подъезда дома Линки.
Ник не испытывает ко мне никакого сочувствия:
– А не хер вестись на бабские манипуляции, – умничает он. Ой, кто бы говорил. – В следующий раз будешь голову включать. Лады. Я вечером за этой поеду, может, пересечемся.
Со зла отключаюсь. На хер он мне вечером. Вечером у меня Истомина. Пока он притащится за своей сводной, я там сдохну в окружении нудных чванливых старперов и их ушлепков.
И Лины.
