Автор
Оля ощущает себя невольницей в своем собственном сознании, завязанными глазами и слухом. Глубокий шепот на ухо доводит до отчаяния и агонии. Кожа на веках задыхается под тугим шарфом, скапливая слезы, которые не могут пролиться.
Мне бы посоветоваться, но к маме с таким не пойдешь.
Таню спросить? Не думаю, что ее советы мне подойдут. Да еще и спалюсь про Дикого. Может, удастся все-таки не светить наши отношения? Ну насколько его хватит, когда на него девчонки вешаются? На неделю? Это максимум.
Мне становится грустно, и за это я тоже себя ругаю.
Он красивый наглый бабник. Мне с таким не по пути. Просто нужно продержаться эту неделю, пока Кир не отстанет от меня. К нему, вон, Лина ходит в плаще на голое тело. Мне такого парня точно не надо.
Как оно все теперь будет?
У Санька, наверно, можно спросить, мы же завтра с ним пойдем за моим дополнительным заданием.
А пока… Можно ненадолго выдохнуть. Дикаев на некоторое время нейтрализован. Это он поначалу такой резвый был со своим растяжением. Я-то помню, что потом становится совсем несладко.
Ну и точно.
Следующий день в универе проходит спокойно.
Я вижу на переменах Ника, но одного. Значит, хромоногий дома отсиживается. Неужели сегодня мне никто не будет трепать нервы?
Стоит только мне понадеяться на это, как мне приходит сообщение: «А почему ты не интересуешься моим самочувствием?».
Ни «привет», ни «здрастье».
Не буду отвечать.
Но через пару минут не выдерживаю.
«Я догадываюсь, какое оно».
«И ты так спокойно об этом говоришь? У меня самая бесчувственная девушка на свете».
Паяц.
«А что я должна делать?»
«Срочно меня навестить!»
После небольшой паузы приходит добавка: «Это будет романтично, ты же хотела романтики!»
Я как бэ хотела, чтобы за мной ухаживали, а не наоборот.
«Увы, сегодня не получится».
Кажется, я нанесла Кириллу психологическую травму. Он перезванивает спусти срок секунд.
– Истомина! Как это не получится? Знать ничего не хочу!
– Просто не получится и все, – вздыхаю я. Кто-то совершенно неисправим. – Мне надо вечером еще раз в универ.
– До вечера еще много времени.
– Но я договорилась встретиться с Сашей, так что я занята… Он вечером меня проводит на кафедру за дополнительным заданием.
– Каким Сашей? – ревет колченогий бабуин.
– И тебе? – ехидно уточняю я. – Тогда мне тебя навещать даже опаснее.
Представляю, как у него булькает. Сказать, что он безопасен, небрутально. А мы – мачо.
– Мы только начали встречаться, я ты меня уже бросила в тяжелую минуту! – обвиняет Дикаев.
– Тебе опять есть нечего? Закажи.
