Жизнь — это просто огромная жестянка, в которой мы постоянно переживаем поток событий. В пробке я восклицаю, подпевая радиоприемнику о том, как жизнь ну ее в болото! Здесь серые машины и лица людей скрывают радостные признаки весны за окнами.
Главное, что Кондрату кто-то из его ребят в полиции стукнул, что на происшествие по команде сверху уже поднят вертолет. И наводка ему дана вполне конкретная: спортбайк, на котором сидят двое, причем пассажир — без шлема.
Плохо. Очень плохо. От вертолета даже на мотоцикле не уйти, выследит. Свернуть в лес? Но по обочинам Новой Риги все больше коттеджи, а не леса. Не Брянщина чай… Да и не кроссовый у меня вариант мототехники, чтобы по бездорожью скакать. Ломаю голову, но скорости не снижаю. Развязка? Съехать по ней и спрятаться под эстакадой? И долго я там простою? Как быть-то?!
И тут звонит Кондрат.
— Отдашь водителю свой чудо-агрегат. Он тебе — ключи от тачки. Давай, девица-краса. Не бзди! Не бздишь?
— Не бздю.
— Нет такого слова в русском языке! Тоже мне писательница.
Он делает ударение именно на букве «и» и принимается довольно ржать. Из чего я заключаю, что их со Стрельниковым, что называется «отпустило». Враг повержен, оба вышли из боя без потерь. Что ж, раз они не бздят, я и подавно не буду.
В тоннель въезжаю по правому ряду. Здесь уже не тороплюсь. Все равно движение по-прежнему плотное. Хо! Впервые в жизни я заранее знаю почему образуется пробка!
Это оказывается ничем не примечательный седан. Иномарка. Не новая, но и не старая. Чистая, но не очень.
— Ключи в зажигании. Твою рухлядь (это он про мой новенький мотоцикл, который еще и первую тысячу километров не проехал!) поставлю на парковку у салона Хонда. Здесь, в Строгино. Ключи суну под сиденье. Если угонят — не взыщи. Эту тачку просто брось где-нибудь. Только не забудь пальчики на руле и дверцах стереть. И телефончик, которым все это время пользовалась, в окошко выкинь. Удачи.
