В редакторском кресле уютно сидит майор Мишаков, обнажив черты лица и готовясь расписать свою жизнь в официальном документе. Комната огромная, окна в пол, стену засыпали старыми тесами, пол трещинами, как у барака на Таганке. Мебель – крестьянская мудрость из древних досок и деревянных коробов. В воздухе читается дух времени, где каждое слово в документе — важнейший камень в застывшую стену истории....
Что всем нашим протестам грош цена, потому что по сути протест единственный – мы протестуем против ответственности. Она говорит: именно поэтому ни один из вас до сих пор не женат!..
– Ваша мама, по всей видимости, умный человек.
– Исключительно! – воскликнул Сандро на манер дедушки Дадиани и улыбнулся дивной улыбкой. – Она узнала, что мы с Нико попали в переделку, но нисколько не запаниковала, представляете. Она сказала, что абсолютно в нас уверена.
Авдотья смотрела на него, и он несколько сбился с тона.
– Мне бы не хотелось ее подвести.
– Вот это я как раз понимаю, – согласилась хозяйка.
Они синхронно отпили кофе.
– А кто к вам приходит? – вдруг спросил Сандро светским тоном. – Нет, не в том смысле!.. Может, водопроводчик? Или дальний родственник? Может, сосед регулярно захаживает за солью? Селезнев Виктор Павлович откуда-то же взялся! И почему-то намеревался зайти именно в вашу квартиру!
– Я не знаю никакого Виктора Павловича, я же говорила! И никто ко мне не приходит!.
– На интернетчика он не похож.
– А на кого он похож?..
Сандро подумал немного.
– У вас есть старый плащ? Любой! Или пиджак?
Она подумала.
– Если только дедушкин.
– Тащите!
Ей стало любопытно, он голову мог дать на отсечение!..
…Не нравлюсь я тебе, да?.. Раздражает тебя моя известность на пустом месте? С таким как я – никогда и ни за что?
Авдотья принесла желтое сооружение с синей подкладкой и обшлагами.
– Вот. Что вы хотите делать?
Сандро взял плащ, оглядел со всех сторон, встряхнул и напялил. Он был ему коротковат. Авдотья смотрела с интересом. Сандро еще подвернул рукава, вытянул шею, повел ею из стороны в сторону, вытащил стул, уселся на самый край и заголосил дурашливым голосом, показывая на Авдотью скрюченным пальцем:
– Вот этот самый, товарищ майор, вот он и есть! Его я видел в ночь с двенадцатого на тринадцатое апреля, выглянувши из своей квартиры, привлеченный подозрительными шумными звуками!
Рот у Авдотьи чуть-чуть приоткрылся.
– Какую хотите бумагу подпишу, он это, я еще подумал, на артиста похож из телевидения, а он вон что! Он по ночам безобидных граждан соседей зверски избивает!..
– Прекратите, – попросила Авдотья. Сандро показалось, что она напугана. – Сейчас же!..
Он быстро встал со стула и скинул плащ.
– Что такое? – на всякий случай спросил он.
