Автор
Оля ощущает себя невольницей в своем собственном сознании, завязанными глазами и слухом. Глубокий шепот на ухо доводит до отчаяния и агонии. Кожа на веках задыхается под тугим шарфом, скапливая слезы, которые не могут пролиться.
Тогда я точно не смогу ее убедить хоть в чем-то. Разорется, что я извращенец, и все.
Олька берется за пояс плащишки, и я впиваюсь в ее фигуру взглядом, будто сейчас будет самый откровенный стриптиз. Ну же, снимай. А я его заныкаю куда-нибудь. Так, что хрен найдешь. Не поедет же она домой без плаща, верно?
Щеки раздувает, слова говорит всякие. Прям как взрослая.
А кровь несется по венам. И возможность сцапать Ольку под предлогом помощи я не упущу. Отличный плащ. Супер просто. Он играет на моей стороне.
Блядь, я же на крыльце еще решил, что буду вести себя как джентльмен…
Обязательно снова начну. Минут через пять. Как только начну соображать. Но это неточно.
Я козу неделю не видел. Меня якорит на ее цветочных духах, на розовых щеках, на том, как она глаза хитро прикрывает, и губки свои пухлые вытягивает.
Я, что, железный, что ли?"
"Все нервы на свое ведьмино веретено намотала. Слушать не хочет, хвостом вертит. Мне нужна компенсация. Какая она теплая, мягкая…
Что?
– Терпеть? – у меня отвинчивается последняя гайка.
Собираюсь показать Истоминой, что ее слова выеденного яйца не стоят, но попадаю в центр цветочного урагана.
Не ожидавшая такой вспышки, Олька испуганно таращит глаза и не сопротивляется. Более того, коза не иначе как на автомате отвечает на поцелуй и все.
Жопа.
Коротит меня сразу.
Вот так правильно. Мое. Она должна меня слушаться. Мой подарок. Моя девушка.
Острый язычок жалит меня, и я не отказываю себе в удовольствии его пососать. Дьявол! Истомина, что, мурчит там? Мяукает?
Пиздец, она становится такой податливой в руках, что я просто не могу заставить себя остановиться и запускаю руку под свитерок.
Уже наплевать, что она там говорила. Вот она трушная реакция сивой.
И она находит во мне живейший отклик.
Хер его знает, как это происходит, но мы уже подпираем дверной косяк. Ни в жизнь не остановлюсь. Буду целовать.
Блядь. Я сейчас все нахер испорчу. С концами.
С трудом отрываюсь от сладких губ, стискиваю девичье тело, вжимаюсь в него пахом и, уткнувшись в лоб Ольки своим, стараюсь выровнять дыхание.
И что я получаю за свою феноменальную сдержанность?
Затрещину!
– Извращенец!
Бля…
Отпихнув меня, коза вихрем уносится куда-то вглубь дома. Слышатся хаотичные шаги, а потом смачный хлопок дверью.
