В темном зале замка, дыхание Чэйлена Завоевателя прерывалось лишь от жестокой болью. Люлюн кровь в ушах шептал: "Я никогда не скажу тебе...". Но его тяжелый удар на лице Дюрана, словно пытаясь прихлопнуть летучую мышь, оставался лишь символом того, что они уже резали ногти, разбивали все пальцы ног и бил по спине, пока Чэйлену не стало так же плохо, как остальным заключенным....
«Если ты не пойдешь дальше, мне придется воспользоваться этим».
Он не потрудился даже взглянуть на то, о чем она говорила, а ей не хотелось ему угрожать. Все, что она знала, — это то, что она должна затащить его в свой Эксплорер, и она была чертовски уверена, что недостаточно сильна, чтобы тащить его на себе.
Ей нужно было спасти брата, а Чэйлен дал ей оружие.
Ну, и карту, очевидно.
Глава 6
МОЛИТВЫ ДЮРАНА О ПОБЕГЕ БЫЛИ УСЛЫШАНЫ… Он так долго молил о возможности побега. Вариаций на тему «дорогая Дева-Летописеца, позволь мне уйти отсюда» было великое множество, но намного больше было вариаций на тему, чем он готов пожертвовать в обмен на свое освобождение.
Так что не было никакого гребаного смысла в этом, так называемом, освобождении… и все же, стоя на этом дощатом мосту, он застыл, глядя на гневные небеса сквозь дождь, который лил как из ведра, слушая грохот зазубренных молний, разрывающих ночную черноту над его головой, и просто пытаясь найти точку опоры.
Не то чтобы он боялся удара молнии. Он пережил кое-что похуже, чем удар током. Черт возьми, они однажды даже использовали на нем автомобильный аккумулятор. Нет, проблема была в том, что сейчас его мозг не способен был осознать все сразу: простор небес, раздолье земли и масштаб времени.
Он давно уже потерял счет времени. Там, в подземелье, он не знал, день сейчас или ночь, и сколько прошло недель, месяцев…, лет. Как долго он находился там? Ради бога, он не узнавал марку ее машины, она не была похожа ни на что, что он когда-либо видел, тоже можно было сказать и про ее одежду. И его невежество пугало его до ужаса.
— Какой сейчас год? — прохрипел он.
Женщина что-то ответила, и он ждал, пока звуки дойдут до него и обретут смысл. Тем временем она переминалась с ноги на ногу, как будто рассчитывала минимальное количество шагов по залитому лужами двору.
— Пожалуйста, — сказала она, — не заставляй меня этим пользоваться.
Он посмотрел на то, что она качнула в руке. Это был пульт управления его ошейником, тот самый, что использовали охранники, когда входили в камеру.
