Автор
Оля ощущает себя невольницей в своем собственном сознании, завязанными глазами и слухом. Глубокий шепот на ухо доводит до отчаяния и агонии. Кожа на веках задыхается под тугим шарфом, скапливая слезы, которые не могут пролиться.
Она дрожит и всхлипывает.
Бросаюсь ее обнимать, прижимать к себе, но Истомина сейчас что-то навроде тряпочки. Перекатываюсь вместе с ней на спину, зарывшись лицом ей в волосы и вдыхая ее аромат цветов и секса, поглаживаю ей лопатки, остро ощущая, как в мою грудь упираются мягкие полушария.
Оля дышит мне прямо в шею, отчего дела мои становятся совсем плохи, но, стиснув зубы, я из последних сил терплю. С одной стороны, меня распирает гордость, за то, что Оля от оргазма еле живая, а с другой – похоже, мне опять предстоит тыкаться в ладошку.
Отдышавшись, коза заглядывает мне в лицо. Мне даже кажется, что я улавливаю на нем что-то типа нежности, но Истомина вдруг начинает похихикивать.
– У тебя такое несчастное лицо, – прыскает она.
А какое оно еще у меня может быть.
Я суровею. Чтобы дать понять, что у меня есть причины для расстройства, я чуть двигаю бедрами и задеваю членом Ольку. Это выходит не специально, но я попадаю ей прямо на влажные складочки.
А Олька вдруг возьми и сама качнись назад. Головка упирается в скользкую плоть.
– Ты что творишь? – сквозь зубы шиплю я.
Я, конечно, крут, но не настолько, чтобы не толкнуться внутрь, когда она прижимается ко мне жаркой писькой.
Чуть поерзав, Истомина крошит мой самоконтроль:
– А так приятно… – задумчиво выдает она, прислушиваясь к собственным ощущениям.
Пиздец! Она там анализирует, а я уже дымлюсь.
Потому что у меня нет силы воли отодвинуться.
Еще немного поелозив на мне, Оля добивается того, что головка погружается глубже между нежных складочек и давит на тесную дырочку.
Я впиваюсь пальцами в упругие ягодички, не то чтобы остановить Истомину от дальнейшей пытки, не то чтобы она оставила все как есть.
– Оль, Оленька, возьми в рот, – вырывается у меня стон, когда из ее пещерки еще выделяется смазка, обволакивая головку.
Коза все-таки сосредотачивается на том, что ей говорят, и, в очередной раз провокационно облизнув губы, неуверенно произносит:
– Может… все-таки попробовать…
БЛЯ!!!
– Оля, я обещал, что буду сдерживаться…
Кто бы знал, как я сейчас себя ненавижу за эти слова.
