Автор
Оля ощущает себя невольницей в своем собственном сознании, завязанными глазами и слухом. Глубокий шепот на ухо доводит до отчаяния и агонии. Кожа на веках задыхается под тугим шарфом, скапливая слезы, которые не могут пролиться.
Он нежно поглаживает скользкие складочки, чуть надавливая, посылая электрические разряды к пока еще прикрытому губками клитору, но он уже томится…
Кир прав, это надо остановить, но я не успеваю ничего сказать, потому что меня сметает его страстью.
Поцелуй взывающий к моему естеству заставляет обмякнуть.
Подчиниться ему. Ответить. Крепче сжать плечи Кира, прижимая к себе.
Двигаться навстречу его пальцам, тереться об них, подталкивая бедра и слушая, как вырывается в ответ на это хриплый стон из груди Дикаева.
– Оля, останови меня… – требует он, но его лихорадка поражает и меня.
Раз за разом Кир не дает мне воспротивиться его ласкам, но я все же нахожу в себе силы разомкнуть горящие губы и пролепетать:
– Кир… Остановись… Кир… Нет…
Я испытываю нечто похожее на разочарование, когда, услышав мой ответ, он замирает. Шумно дыша, он сжимает меня крепко. Одной рукой прижимает меня к твердому, горячему даже через футболку, телу, а другой… там… внизу… вдавливая пальцы в промежность.
Пламя, полыхающее между ног, и не думает затухать.
Как оборванное свободное падение, когда адреналин продолжает тебя догонять. Сквозь пелену в глазах вижу заострившиеся черты лица, побелевшие скулы, чертовщину во взгляде Кира.
– Ты меня хочешь? – хрипотца в голосе отзывается во мне, будто дергает струны.
Да, ничем другим назвать не получится то, что я сейчас испытываю.
Даже неопытной мне ясно, что это желание.
Острое, пронзительное, почти мучительное и сладкое…
– Я помогу…
Что? Кир стаскивает футболку, парализуя меня решимостью во взгляде.
– Ты что? Я же сказала, что не надо… – возражаю я, но мне и самой становится ясно, что голос мой звучит слишком неуверенно, чтобы быть воспринятым всерьез.
– Все будет хорошо, Оль. Тебе понравится…
Дикаев укладывается на постель рядом со мной набок и подтягивает мое безвольное тело, повернув к себе спиной. Рука, на которой я оказалась, тут же забирается под футболку, задирая ее и позволяя мне ощутить обнаженной спиной кожу Кира.
В груди холодеет, а киска предательски сжимается, выделяя больше смазки.
Свободной рукой откинув мои волосы вперед на грудь, Кирилл прижимается обжигающими губами к шее, опаляя своим дыханием и кончиком языка рисуя что-то вдоль позвонков. Попкой чувствую ее напряженный орган, упирающийся в меня снизу. Это заставляет меня снова задрожать.
Чуть-чуть покручивая и оттягивая сосок, попавший в плен, Кир ласкает другой рукой мой живот и ныряет в трусики.
